четверг, 23 января 2014 г.

Клавдия Архипова. Отрывок из неопубликованной повести «СУНДУЧКИ».

Казалось, что жизнь в военном городке течет в обычном, установившемся за десятилетия порядке, но это только казалось... .
Слухи о том, что полк расформируют пошли по гарнизону с того самого дня, когда кучка мужчин, возомнивших себя властелинами, выдергивая по ниточкам, разорвала сшитый кровными узами ковер с гордым названием "Советский Союз". Украинцы, жившие до этого бок о бок с русскими, вдруг почувствовали себя обиженными.
- Понаехали москали. Гнать всех надо, - кричали даже те, у кого в графе национальность черным по белому было вписано "русский". Русских невзлюбили и татары, принудительно добровольно вернувшиеся в Крым.
Настя лежала с девчонками в районной больнице, когда по радио объявили о шествии татар со стороны Сиваша. Жителей предупредили, что после пяти часов лучше не выходить на улицу. Детей из школ и детских садов распустили раньше обычного. Забрав дочерей из детского отделения, расположенного на втором этаже, на шестой этаж в свою палату Настя провела с ними учение. Шкафы для одежды были придвинуты к двери.
- Если, что прячьтесь в шкаф. Вы маленькие, вас не заметят.
- А как же ты, мама?
- Я похожа на татарку, может за свою примут.
Однако ночь прошла спокойно. Медицинский персонал, заступивший утром на дежурство, рассказывал, что татары прошли, никого и ничего не трогая.
- Они совсем не страшные и лица у них не страшные, а усталые, - раздавая градусники, рассказывала медсестра.
Настя и без нее знала, что это такие же люди, что у них те же проблемы. Буквально месяц назад она окончила курсы водителей. Вместе с ними учился молодой татарин Рустам. Из его рассказов Настя узнала, что переехать в Крым их принудили. До этого семья жила в Оренбургской области в большом красивом доме. Мать работала бухгалтером, отец на ферме, дети учились. Рустам вернулся после службы в Армии, собирался жениться. Однажды ночью к ним пришли четверо мужчин. После их ухода мать долго плакала, а на следующий день уволилась. Отец хмурый и растерянный напился. Через неделю, собрав вещи, семья отправилась в неизвестность. Дом продать не удалось. Денег хватило лишь на дорогу. В Крыму они поселились в не большом поселке в домике с земляным полом. Работы не было. Рустам подрабатывал, где мог. Планы завести семью остались в России. Невеста, русская девушка, ехать в Крым отказалась. Парень пытался устроиться на работу за границей. Удалось ли ему это сделать, Настя не знает. Она, как и все в гарнизоне, жила в страхе, что завтра и их вынудят бросить обжитое место, и придется начинать все с нуля. Однако кроме слухов ничего не предвещало перемен, если не считать того, что зарплату стали платить карбованцами. Новые денежные знаки были не удобны в обращении, легко рвались и смывались, но главная беда была не в этом, выдавали их с большой задержкой. Порой, не на что было купить даже спичек. Вся надежда оставалась на продовольственные пайки. Пайки выдавали тем военнослужащим, которые не питались в офицерской столовой, а это технический состав и женщины военнослужащие. Первоочередными в получении продовольственных благ были командование и приближенные к финчасти. Остальные крутились, как могли.
Из больницы Настю выписали после майских праздников. До вокзала они добрались своим ходом, купили билеты и приготовились к посадке. Электричка подошла без опозданий. Толпа мужчин и женщин, нагруженных безразмерными сумками на колесиках, ринулась в открывшуюся дверь.
- Женщина, перестаньте толкаться, детей задавите, - Настя попыталась остановить напирающую сзади тетку.
- Проходи вперед. Чего расшаперилась?
- Как я пройду, по головам что ли?
В это время мужчина, стоящий перед Настей, с силой надавил на застрявшую в дверях толпу. Девчонки, которых она не отпускала от себя ни на минуту, не удержались и упали на чью-то сумку.
- Вы у меня весь товар попортили! – взвизгнула тетка. – Я целый месяц яйца собирала.
- Вставайте скорее, - Настя бросилась помогать дочерям. – Что же нам теперь из-за ваших яиц пешком ходить?
- Убирайтесь в свою Россию. Это все беды из-за вашего Ельцина. - Он пропил все республики, а народ мучается, - не успокаивалась расстроенная женщина.
- Бабка, ты не сильно то возмущайся. Демократия демократией, а закатать в тюрягу могут и при демократии, - одернул ее стоящий рядом мужчина.
Кое-как толпа втолкалась в вагон, дверь с шипением закрылась, и за окном замелькали сады. Настя вцепилась одной рукой в спинку ближайшего сидения, за вторую руку держались девчонки.
- Не от хорошей жизни мы таскаем эти "кравчучки", - жаловалась соседке молодая женщина. - Я вот детей с подругой оставила. Собрала то, что за зиму не съели, может, удастся продать в Ялте. Дочери надо платье на выпускной вечер, а покупать не на что.
- Это что платье. Учится то, куда отправишь? Сейчас, говорят, везде доллары просят.
- Откуда у нас доллары? На рынок пойдет торговать, а там, может замуж выскочит, полегче будет.
- Замуж не напасть, как бы замужем не пропасть, - вставила поговорку соседка.
Проехав две остановки, Настя с девчонками стали проталкиваться к выходу. Гарнизонных на выход было много. Дотянув третий вагон до платформы, электричка остановилась. Из первых трех вагонов на платформу высыпала толпа молодых людей.
- Люба! – окликнула Настя рыжеволосую девушку.
- Ой, вы откуда? – удивилась та.
- Из больницы. Целый месяц провалялись на казенных харчах. Новости, какие в гарнизоне? Зарплату, когда дадут?
- Догонят и еще раз дадут, - отмахнулась Люба.
- Как жить то? У меня дома шаром покати. За месяц Вадим, наверное, съел все зимние запасы.
- За это время, пока вы лечились, столько всего произошло. Паек не дают, грозят, что вообще перестанут выдавать. Так наши что придумали. Пишут родственникам в Россию, те шлют телеграмму, что кто-то болен или умер.
- Зачем? – удивилась Настя. – Телеграмма же должна быть заверена врачом и военкоматом.
- Сейчас все можно сделать, за деньги, конечно. Телеграмма нужна для того, чтобы выехать в Россию и там получить в рублях зарплату. Рубли здесь меняют на карбованцы, и получается с прибылью. Кроме того, наши женщины ездят не с пустыми руками, а везут фрукты, ягоды. Обратно везут чай, кофе, куклу "Барби". Двойная выгода получается.
- Но ведь сейчас еще никаких фруктов нет?
- Везут и компоты, и орехи, и масло растительное. Ты видела сумки на колесиках?
- Конечно, видела. Из-за них в электричку еле втиснулись.
- Эти сумки прозвали кравчучками, в честь президента Украины.
- Придется и мне такую приобрести, - решила Настя.
Они шли по бетонной дорожке через поле. Легкий весенний ветерок играл волосами идущих. Пели птицы. На фоне голубого неба яркой зеленой полоской виднелся гарнизон. В природе все шло по плану. Весна завершала свой путь, готовясь уступить место знойному лету.

Комментариев нет:

Отправить комментарий